Танцы на барахолке

/ / Проза Современная проза (вне жанров)

Нам надо чем-нибудь гордиться. Иначе мы погибнем. Кажется, таков лозунг последнего времени в нашем отечестве. Что ж, вспомним о всяческой гордости великороссов.


Человек, как известно, существо социальное. То есть тяготеет к объединению с себе подобными. Так ему легче выжить, всё правильно. Но подобие людей, в отличие от большинства животных, – штука довольно размытая: посмотрите даже на ближайших своих родственников, имеющих в геномах участки-копии, и вы легко обнаружите, что разного больше, чем общего. Посему искать дружбы с соседями только на том основании, что разрез глаз у них соответствующий твоим привычкам, для развитого человека глупо. Вот, сейчас те, кто любят расовую и национальную чистоту, на меня обидятся. Ребята, этой чистоты уже давно нет и быть не может. Человек перемещается по всему Земному шару, что вы хотите? Перемещаясь, он вступает в разные приятные связи, от которых образуются новые особи.


Они, эти любители чистоты, хотят определиться с малой территорией – территорией страны. Вот чтоб только русские на ней были хозяевами. Забыли, что ещё классики заметили: поскреби любого русского – и найдёшь кого? Да кого угодно: по нашей земле много разных племён кочевало, и сами мы с походами туда-сюда за пределы выходили. Народ наш многонациональный, так оно есть в жизни, так и в Конституции РФ записано.


А культура, а язык? Это уже посерьёзнее вопрос. Хоть истоки тоже, простите, в физиологии (язык-то начинался с небольшого набора звуковых сигналов, а культура с ритуальных танцев перед спариванием и опять же воинственных кличей перед совместной охотой). Действительно, человечеству нынешнему известен и богатый русский язык, и замечательные научные открытия, совершённые жителями России в самые разные времена, и изумительные культурные памятники, свидетельствующие о духовном величии многих россиян.


Многих – значит, не всех? Да, не всех. У всякого народа свои уроды. Однако память наша, конечно, хранит имена тех, кто культуру российскую поддерживал и развивал. Но вот какая странная штука: мы после первого десятилетия XXI века обнаружили, что наше племя молодое эти имена знает очень плохо. И забили в набат: срочно напишем учебники истории и литературы про гордость России!


Написать-то можно что угодно, бумага и мониторы всё стерпят. Но есть влияние среды, в которой обитает человек. Советская золотая молодёжь, имеющая возможность выезжать на Запад, устроила буржуазную революцию, дабы получить возможности, которые к тому времени уже были у соседей-капиталистов. То есть говорили-то эти господа о свободе для всех, о борьбе с тоталитаризмом, о глупости марксистов (как будто они хоть одного живого из них видели, а ушедших в мир иной вдумчиво читали!), но в душе-то кричало желание завести респект не хуже, чем видели за кордоном.


Те же советские граждане, которые могли себе позволить отдых в Крыму по профсоюзным путёвкам, завистливо поглядывали на «выездных», и это чутко улавливали их отпрыски, называвшие главные улицы в областных и районных центрах Бродвеями. Когда пошла волна видеомагнитофонов, первое, что бросились смотреть эти подросшие особи, было что? Ну, о порнухе говорить не будем, без этого наркотика, конечно, не один подлинно свободный человек своё воображение холить и лелеять не в состоянии. «Челюсти» и «Звёздные войны» одержали оглушительную победу в умах российских патриотов.


А ещё вот что было: в 1990-е старшеклассники в школах вопили, что зря СССР не проиграл войну нацистам – жили бы они теперь в экономически процветающей стране Германии. У кого они таких мыслей нахватались? У преданных отечеству родителей. Теперь эти люди, уже став бабушками и дедушками, совершенно искренне тоскуют по СССР. Как такое возможно? Очень даже – память у многих короткая, а глаза видят только то, что в полуметре от носа. А в полуметре от носа – импортная продукция и злобные тётки в телевизионных ток-шоу. Тоже, кстати, сплошь импортного формата. А ещё безработица, дудочки-Барби, мат как старинная песня о главном, странный литературный объект-субъект Пелевин и переполненные агрессией к понаехавшему неподобному разрезу глаз дети.


Нет, всё-таки напишем правильные учебники. Вот изложим героическую нашу историю. Это будет история чего? И кого? У учёных тьма концепций, у обычных смертных три кита – Гагарин, 9 Мая, ядерные боеголовки. Честно говоря, я вообще плохо верю в строгую научность истории как таковой. Разумеется, сохранилось множество документов, но они ведь все противоречат друг другу, да и гарантировать, что написаны беспристрастно, трудно. А уж как нам родить единое мнение относительно того, что происходило в России на протяжении XX века? У каждой семьи, у каждого человека свой опыт. Мы ведь не факты хотим представить, а сформировать некое общее резюме по их поводу.


Но я понимаю, что народу требуется аутотренинг, он не может выжить без чувства гордости за самого себя. Сочинение мифов, разумеется, помогает в этом смысле. Вообще художество – вещь приятная и полезная. Но оно состоятельно только тогда, как рождается из реальных человеческих чувств. Как бы ни были занимательны разные формальные упражнения чисто эстетического толка, они не могут всерьёз соперничать с произведениями, наполненными человеческим содержанием. Особенно, если речь идёт о литературе.


И тут мы кричим ещё громче: Россия – литературоцентрична, кто может сомневаться в нашей словесности? Никто из разумных людей, конечно. Скажу даже, что литература зачастую оказывается куда эффективнее для знакомства с историей. Почитайте Чехова – увидите, как здорово жилось крестьянам до революции 1917 года, ютившимся в перекошенных избёнках вместе со скотиной, умиравшим от голода и инфекционных болезней. Ещё прикиньте, сколь сахарной была четвертьвековая служба в армии. А уж Салтыков-то о бремени государственности для российского чиновничества изложил как артистически! Рядом с этими писателями жили и другие, они были даже весьма популярны. Но общественная долгосрочная память их проигнорировала. Может, вспомним и перепишем школьный учебник – с другими именами и сюжетами, позитивными для имиджа России? Кстати, кто придумал это дурацкое словосочетание «имидж страны»? Во-первых, имиджа у предмета неодушевлённого быть не может. Во-вторых, имидж – дело искусственное, не органическое, с подлинным достоинством никак не связанное.


Давайте, ребята, озаботимся тем, что мы на самом деле творим. Творим-то мы мало. В смысле, самобытных культурных памятников. Мы притащили к себе какое-то барахло с заморскими этикетками, готовы платить бешеные деньги за этот сомнительный в своей полезности для человеческого бытия и сознания ширпотреб. Правда, теперь от него избавиться проблематично: мы ведь землю-то родную чуть не в аренду ловким капиталистам сдали – только бы барахлом этим разжиться. Они её как барахолку и рассматривают. Потому что кто денежку заимел, тот девушку и танцует.


9 апреля 2013 года

  • Оценка: +5
  • 0
  • 2180

0 комментариев

Оставить комментарий

Комментировать при помощи:
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.