Наша старая новая школа

/ / Проза Современная проза (вне жанров)

Год учителя. Дифирамбы, ожидаемые многими, не поются. Очень хочется увидеть талантливого и глубокого человека, но не верится, что это возможно? Да полноте, кто хочет, тот добивается, видимо, никто всерьез его в школе не ищет. Вопрос в том, чего мы, собственно, жаждем: чтобы такой человек был все-таки или чтобы он немедленно покинул школу, потому что это априори не место для уважающей себя личности. Сколько себя помню, столько образованцы наши поют бесконечную песню про то, что школа ограничивает, деятельность учителя скучна – каждый день талдычь одно и то же, – дети невыносимы, их родители отвратительны… Ребята, вы просто изначально не любите человека и не верите в него. Поэтому вы сами в школе не работаете, а если и пробовали, то быстро это занятие бросили. И очень хорошо. Плохо то, что свое ограниченное и трусливое мировосприятие вы пытаетесь навязать другим.


Зарплата, конечно, смешная. Эти копейки кто-то еще рассчитывает по разрядам. Знаете, с чего началось нынешнее экономическое китайское чудо? С учительских зарплат. Это, правда, не называлось реформами и модернизациями. Еще в середине 1980-х годов в самой заурядной сельской школе преподаватель получал в разы больше среднего менеджера. Это обеспечило приток молодежи и конкурс. Очень многие отсеялись, они отказались от предлагаемой сказочной зарплаты и ушли в другие сферы занятости. Сейчас большого разрыва в вознаграждении учителей и представителей других профессий уже нет, но нет и кадрового голода.


У нас в середине 1980-х школа тоже перестраивалась. Как всегда, под какими-то лозунгами сверху. В «Учительскую газету» главным редактором пришел Владимир Матвеев. Человек, который искренне делал свое дело, пробил знаменитые Останкинские встречи с незаурядными педагогами, собрал учительскую молодежь в клубе при газете, публиковал небанальные материалы… Но недолго музыка играла – ему на смену быстро прислали Геннадия Селезнева и самостоятельно мыслящие учителя перестали читать «Учительскую газету». Матвеев умер еще совсем не старым человеком от инфаркта. А учительские зарплаты у нас с начала 1990-х региональные власти стали исправно прокручивать в банках, пока Валентина Матвеенко не навела хоть какой-то порядок. Параллельно во всех СМИ пелись песни про реформу-модернизацию.


Лера Германика правильный фильм снимает, не надо ее терзать. Он о той мути, которой много и которая мешает подростку, а не помогает. К тому же мути этой многовато во всей нашей жизни, пусть общество полюбуется на собственное безобразие. Но если мы на самом деле хотим, чтобы никому не пришлось больше такие фильмы снимать и смотреть, обязательно нужно предъявить публике талантливого и умелого учителя. Даже если он один остался (на самом-то деле не один, я это точно знаю) – о нем должны знать не только его ученики. Потому что примеры заразительны, настоящие звезды освещают внушительные пространства. Артист не талдычит одно и то же каждый спектакль? Но мы ведь видим в его труде что-то иное. А разве все артисты талантливы? Разве это не жалкое зрелище – бездарность на сцене? Ну, конечно, через школу мы все проходим, потом туда детей ведем, внуков, учительские несовершенства воспринимаются особенно болезненно.


Мудрый учитель старается не обращать внимание на общественные стереотипы, учителем, по большому счету, только тот и может стать, кто не идет у стереотипов на поводу. Но он живой человек, и когда ему говорят гадости и глупости лишь потому, что он выбрал определенную профессию, это не может не причинять ему боль. Помню, на День учителя в районном дворце пионеров в Москве пригласили выступить двух известных творческих товарищей – Аркадия Арканова и Геннадия Хазанова. Первый нес полную пошлятину, на скорую руку сварганенную, чувствовалось, что аудитория для него – дело сто пятьдесят пятое, какие-то сомнительные шутки отпускал, думая, видимо, что женщинам это очень интересно и приятно. А вот второй отработал честно, «масштаб мероприятия» его с толку не сбил. И где бы потом мне его концерты посещать ни пришлось, он везде был содержателен и ответствен перед собой и людьми. Уважаю.


«Доживем до понедельника» Станислав Ростоцкий снимал по сценарию Георгия Полонского, который какое-то время сам был учителем. Поэтому, может быть, получился такой живой главный герой. Да-да, положительный, но не за уши притянутый к «нужной идее»: он и смешной, и задумчивый, и растерянный, и воодушевленный – разный, этим и интересен. Из тех, для кого синица в руках не надежнее мечты-журавля. Думаете, таких не бывает? Еще как бывает.


28 февраля 2010 года

  • Оценка: +0
  • 0
  • 2129

0 комментариев

Оставить комментарий

Комментировать при помощи:
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.