Читать аннотацию к публикации ↓
 Это была осень и этой осенью пели ветра. И среди несчетного роя голосов выделялся один, который пел с особой нежностью и тоской. Пел ли он просто так или песнь его посвящалась кому-то конкретно? Может, он пел для той, что жила в глубине леса? Для той, которую люди называли ведьмой. А может, для той, которой предстояло пройти, так сказать, через тернии к звездам? В месте, о котором пойдет речь, вы бы сильно удивили население, рассказав им про охоту на ведьм. И, скорее всего, нажили бы себе уйму врагов. Здесь к ведьмам относились с уважением и благоговейным трепетом. Вернее к ведьме. Но все же она была ведьмой, а значит, знала и умела достаточно много, чтобы были причины ее опасаться.   Это не была отдельная планета. Это не была отдельная страна или город. Скорее деревенька. Не такая большая, чтобы всем жителям не знать друг друга, но и не такая маленькая, чтобы можно было разместить все население на небольшой площади. И эта деревенька была скрыта от простых людей, живущих в своем суетном мире. Древняя магия скрывала жителей Маргрина от остального мира. Да и им самим не очень — то хотелось контактировать с остальным миром. Негласно подписав паритетный договор о невмешательстве, люди Маргрина предпочли жизнь среди природы и свежего воздуха. И нужно сказать, для безбедного существования у них было все что нужно — поля, река и озера, и лес. Дети росли, проходя школу жизни, помогали своим родителям, взрослели, влюблялись, заводили семью. Поддерживался древний круговорот жизни. Это была дружная деревня, где каждый помогали друг другу, где всем скопом отмечали праздники и переживали горе. Они верили в силу солнца и луны, в могущество воды и земли, верили в духов и магию. И у них была своя ведьма.  Ведьма была всегда. Так или иначе, она нужна была. Чтобы исцелять хворь, отвадить злого духа, который ненароком привязался к юбке какой-нибудь женщины и теперь переворачивал дом вверх дном. Чтобы принять роды или подготовить усопшего к погребению. Ведьма была жизненно необходима.  Никто не знает, откуда взялась ведьма в их краях. В начале, об этом ходил слух, который позже перерос в легенду, а потом, не разбираясь в правдивости слов, легенда стала приниматься за чистую монету. И легенда эта подпитывалась тем фактом, что ведьма много- много лет оставалась молодой. Селянки вечерами говорили друг другу: «Моя бабушка говорила, что когда она была маленькой ее бабушка рассказывала ей, что на опушке, в глубине леса, куда ведет только звериная тропа, живет ведьма, и что еще ее бабушка рассказывала ей, будто бы она живет здесь с того самого момента, как над Маргрином взошло первое солнце».  Если вы обойдете старый колодец, что стоит у самого леса и, пройдя под сенью раскидистой ивы, войдете в лесную чащу, вам понадобится немного времени, чтобы найти ту тропку, которая извиваясь между деревьев и огибая овраги, приведёт вас к дому ведьмы. Одного взгляда на этот дом хватит, чтобы понять-здесь живет не просто человек. Деревянная, но достаточно крепкая избушка не была отделена от леса забором. Можно сказать, что она лаконично вписывалась в окружающий пейзаж. Около дома была разбита пара грядок с травами, которых нельзя было найти в деревенской лавке. На заднем дворе стояло несколько летков с ульями. Мед был очень важен. Чуть поодаль вы могли увидеть небольшой хлев. Даже ведьме необходимо молоко. Скромное строение, которое, казалось, подпиралось с одной стороны могучим дубом, тем не менее, выглядело достаточно крепким и пережило уже не одну бурю. Стекленные окна были изнутри окаймлены занавесками. Возле входной двери стояла замшелая скамейка. По стене плелся плющ, который уже начинал краснеть, одеваясь в осеннюю гамму. В ведьмином подворье так же была небольшая банька, которую, по чести сказать, было не очень хорошо видно из-за дома. Нередко вас у входа могла встретить большая кошка, которая частенько умывалась на пороге или грелась в солнечных лучах на замшелой скамейке.  Вопреки расхожему утверждению, что у ведьмы обязательно должен быть большой черный кот, эта кошка была не менее крупной, с большими зелеными глазами, и окрасом напоминала камышового кота. Но все — таки да. Черный кот тоже был. Несколько лет назад Мадлен принесла котят, из которых одного она ни за что отдавать не соглашалась. Хозяйка резонно согласилась с доводами кошки о том, что втроем им будет веселее и оставила совершенно черного котенка с выразительными голубыми глазами.  Как мы уже слышали от односельчан — никто не знал, откуда взялась эта самая ведьма. Хотя, может, на то она и ведьма, чтобы быть загадочной? Но какой бы таинственной она не была, люди верили, что она всегда им поможет. А скоро людям Маргрина и вправду понадобилась ее помощь. Пожалуй, здесь мы и начнем.  -Больно красная осень выдалась в этом году. Не к добру это — сказала госпожа Дженис, обращаясь ко всем и одновременно ни к кому.  -Да… А как ветра завывают...- поддержала разговор дочь госпожи Дженис — госпожа Беррси.  -Мам, а почему это не к добру? И почему ветра этой осенью воют так жалостливо?  -Потому что, это к беде, Адель. А ветры воют — значит, предсказывают опасность.- угомонила госпожа Беррси свою пятнадцатилетнюю дочь, которую от ее сверстников отличал интерес к тайнам магии природы и прочим загадочным вещам. Адель была умной и любознательной девочкой, которая в тайне надеялась когда-нибудь стать ведьмой. Уж очень ей хотелось знать больше всех и уметь то, чего не умеют другие. Однажды услышав о мечте внучки, госпожа Дженис с улыбкой произнесла:  - В Маргрине уже есть ведьма. И я не думаю, что когда-нибудь она покинет свой пост. Она была всегда. И всегда будет. Но может быть когда-нибудь госпожа захочет взять себе ученицу?  -Когда-нибудь? Может? Эх, это явно не то, что мне нужно-с грустью в голосе произнесла Адель.  -Духи милостивы к нам. Не стоит их злить. Ведовство-это не подарок, а тяжкий труд — сказала бабушка, поправляя длинные седые локоны.    Время в Маргрине ни куда не спешило. И, казалось, что все шло своим чередом. Но эта осень… Старики неодобрительно покачивали головой, говоря, что давно так не буйствовали ветра, и что гармония мира сбилась и деревню ждет какая-то беда. Де — уж больно богата была эта осень на красную листву.  Адель все никак не могла уснуть. Уж больно тоскливо пел ветер под ее окном. Ей казалось, что она отличала этот «голос» от сотни других завываний. Ах, как жаль, что не было повода сходить в лес и хотя бы мимо посмотреть на дом ведьмы.  Как только над деревней забрезжило утро, девушка покинула постель и начала спешно собираться. Прежде чем выйти из комнаты она прислушалась. Бабушка еще не проснулась и тихо посапывала в соседней спальне. Оставалось надеяться на то, что она не столкнется с мамой. Госпоже Беррси не нравилась дружба дочери с ними. Она предпочитала видеть Адель с другими ребятами и много раз указывала ей на то, как на нее заглядывается соседский парнишка — Рэй, сын господина Мэдока, торговца тканями. Девушке в душе Рэй даже нравился- он был высоким, хорошо сложенным юношей с черными как вороново крыло волосами и глубокими карими глазами. Можно даже сказать, что в тайне она надеялась, что он наберется смелости и заговорит с ней, но Рэй с поистине партизанским терпением чего-то ждал. Ну и пускай ждет. Пускай ждет, пока она не станет ведьмой или...   А что или? Адель всегда было интересно, какие люди живут там. Вне деревни. Сказать по правде, она хотела бы побывать в том мире. Нет, ее все устраивало. Все люди были добрыми и отзывчивыми, но всех их она знала с рождения и они знали ее. Адель хотелось чего-то нового. Она осторожно вышла из комнаты и прокралась на кухню. Чайник на печи был еще теплый. Значит, мама только недавно ушла. Наверное, пошла отводить коров на пастбище. Адель аккуратно открыла дверцу подвесного шкафчика и достала оттуда три кусочка сахара.  Нужно сказать, что вся мебель на кухне, да и в доме вообще была деревянной и очень красивой. Отец Адель был известным на весь Маргрин плотником и делал из дерева чудесные вещи. Однажды, когда он доделывал мебель в комнату Адель, ему понадобилась ткань, чтоб обтянуть ею резной уголок, который примыкая к подоконнику, создавал нишу, в которой Адель могла, удобно расположившись рисовать, наблюдать за погодой и читать. Господин Беррси пошел в лавку Мэдока за тканью небесно- голубого цвета, который так любила его дочь. Придя в лавку, он увидел там и самого господина Мэдока и Рэя, который работал у отца подмастерьем. Господин Мэдок хотел, чтобы его первенец унаследовал дело и поэтому обучал его изготовлению, окраске ткани. Мастерство очень важное и нужное.  -ААА, господин Беррси. Чем могу помочь?  -Приветствую, Дик. Мне бы метра два вот этой ткани.  -Рэй, отмерь господину два метра. Опять что-то мастеришь Эрл?  -Да, уголок в спальню старшей дочери. Любит она этот цвет. Вот, подумал угодить. — Когда господин Беррси упомянул Адель, Рэй как то оживился. Естественно, это не осталось без внимания.  -А что Эрл — в полушутливом тоне произнес господин Мэдок- посватаем наших старшеньких? Хорошая пара выйдет. Вон у тебя какая дочь красавица и Рэй вон какой вырос-красивая пара бы получилась. — Мужчины рассмеялись, а Рэй покрылся густым румянцем.  -Ну а почему нет. Главное, чтобы дети согласны были. Как говориться, чтобы любовь в доме была. Ладно, Дик, пойду я. — И, расплатившись, господин Беррси пошел заканчивать работу.  Необходимо сказать, что товарно-денежные отношения в Маргрине имели свой, особый характер. В связи с тем, что рядом с деревней находился железный рудник, который жители начали разрабатывать, при помощи духа земли, стала возможным выплавка металлических изделий и даже чеканки монет. Но эти монеты носили чисто символический характер, ибо хозяйство в деревне было сплошь натуральным, и всякий знал, что взамен той же ткани господину Мэдоку можно предложить результат своих сельскохозяйственных трудов и он с удовольствием примет такую плату. Циркуляцией денежных активов ведал староста деревни, он же кузнец и вообще добрый малый. Ему даже не приходилось поддерживать порядок в Маргрине. Все итак жили, душа в душу.  Тем временем Адель на цыпочках вышла из дома. Осторожно пересекая двор, девушка огляделась — как бы не наткнуться на мать. В этот раз судьба была благосклонна к ней, и никто не заметил, как дочь госпожи Беррси, одной из лучших швей в поселке, в пять часов утра направляется к старому колодцу, что стоял у самой кромки леса. Никто, кроме Рэя.
  • Теги:
  • нет
  • Оценка: +0
  • 0
  • 933

Уважаемый читатель! На нашем сайте действует система добровольного вознаграждения авторов. Вы можете поблагодарить и поддержать создателя этой публикации, перечислив ему любую сумму в качестве гонорара.

Сумма (руб): Учтите, что некоторая часть средств уйдут на оплату услуг платежных систем и услуги вывода/обналичивания.

0 комментариев

Оставить комментарий

Комментировать при помощи:
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.